Они проехали последний дом на краю Налгарры и направились на северо-восток, насколько ей было известно, в никуда.
— Ко мне домой. Отдохнуть.
38
Жилище Ли представляло собой наемный деревянный дом возле Баунтифул-Пойнт, к которому пришлось добираться по крутой извилистой дороге, словно проложенной горным козлом. Снаружи все было предельно просто, и видимо, это устраивало Ли. Четыре стены, веранда и алюминиевая крыша. Никаких излишеств.
Он показал Джорджии ее спальню с видом на автомобиль, поставленный на лужайке перед домом.
— Если хочешь спать, ложись.
— Может быть, чуть позже.
Джорджии казалось, что она еще никогда не чувствовала себя такой бодрой. Сегодня они вырвут маму из лап Ченов!
Ли сделал кофе для Джорджии и заварил зеленый чай для себя. Она сидела напротив него в шезлонге, вдыхая сладкий запах оружейной смазки и внимательно рассматривая Ли. Два «глока», «магнум» и «беретта». Джорджия спросила, можно ли ей воспользоваться «береттой», и тотчас получила ее.
Удивленно подняв бровь, он следил, как Джорджия проверила патронник, взвела курок.
— Ты много стреляла?
— Два часа в тире.
В «беретте» был магазин, рассчитанный на пятнадцать патронов, и она оказалась довольно удобной, так как, по словам Ли, при полной загрузке весила меньше килограмма.
— Отличное оружие, — сказала Джорджия.
— Я предпочитаю «магнум». Ты можешь взять «глок», если хочешь. На сегодня. У тебя есть представление о технике безопасности?
— Да.
Юмуру оказался отличным учителем. У «глока» двойной взвод, и тут уж никаких случайностей быть не может. Заряжай и нажимай на спуск. Юмуру успокоил ее, сказав, что «глок» можно швырнуть, подбросить ногой, столкнуть с горы, а он все равно будет стрелять. В нем три независимые автоматические системы, которые последовательно включаются, когда нажимаешь на спусковой крючок.
Ли закончил чистить «магнум» и взялся за него снова.
— Ты чистишь их дважды?
— Это помогает сосредоточиться перед операцией. Кроме того, как не уставала повторять моя бабушка, слишком хорошо подготовиться невозможно. — Он коротко улыбнулся. — Она всегда говорила, что если я буду ее слушаться, то вырасту мудрым человеком. Надеюсь, я хорошо ее слушал.
Он капнул смазкой на желтый ершик, и, едва он занялся стволом, послышалось тихое щелканье. Джорджия смотрела не на его руки, а на лицо, завороженная промелькнувшей улыбкой, которая смягчила его черты и придала веселый блеск глазам.
— Что-то не так?
Джорджия отвернулась.
— Нет. Я просто подумала… когда мы освободим маму, куда мы денемся?
— Использовать яхту мы не сможем, потому что ты ее потопила.
— Я не топила! Она взорвалась!
— Но не сама же по себе.
— Думаю, там была бомба.
— Да, ты правильно думаешь.
Джорджия мигнула:
— Ты знал, что на твоей яхте бомба?
— Ага.
— Ли!
Услышать такое от него было все равно что выжать апельсиновый сок из коралла.
— Я сказал капитану, чтобы он подготовил яхту и распустил слух: мол, я собираюсь выйти в море. Начальство план одобрило. Я видел, что они там подложили в тот день, когда ты забралась на нее. — Он стрельнул в нее взглядом. — Если бы я знал, что ты любишь кататься, разминировал бы яхту.
— Говорили, что видели тебя с женщиной…
— Ну да. Это я распространил слух. Чтобы расшевелить Ченов.
— И начальство знает, что я жива?
— Ну да.
— А ты расширяешь сферу деятельности?
— Если я знаю, что ты жива, то и Паук тоже знает. Вот я и выкрал тебя из полицейского участка. Слухи быстро распространяются.
Джорджия подумала о том, что Чены все еще удерживают ее мать, несмотря на взрыв на «Сонтао», и ужас охватил ее, едва ей в голову пришла неожиданная мысль:
— Ты уверен, что Дэниел не Паук?
Ли поднял на нее взгляд, и она удивилась его реакции на ее слова:
— Господи, да ты думаешь о нем еще хуже, чем я. А мне-то казалось, что ты влюблена в парня.
— Влюблена!
— Что ж. Тогда доверься своим инстинктам.
* * *
Весь остаток дня Ли чистил свое оружие, затем занялся машиной. Проверил уровень масла, фильтры, шины. Даже вымыл стекла. Потом сообщил ей план. Заставил повторить. И только после того, как она трижды отчеканила все от начала до конца, он отправился подремать, предложив Джорджии сделать то же самое. Но она была слишком возбуждена, чтобы полежать немного и расслабиться, не говоря уж о сне. Интересно, что подумал Дэниел, когда она исчезла из полицейского участка? Расстроился ли? Джорджия взялась за книжку, но, заканчивая вторую главу, поняла, что не помнит ни слова из прочитанного. Тут вернулся Ли и стал готовить ужин.
Кисло-сладкую утку и хрустящие шкварки с молодыми зелеными стручками и горячим рисом. Надо было потрудиться. Мелко нарубить чеснок, натереть имбирь, почистить лук-шалот, поджарить семена кунжута.
— Ты всегда так готовишь?
— Нет. Но я обнаружил, что это вносит порядок в мысли…
— Перед операцией.
Джорджия чувствовала себя странно, помогая Ли на кухне. Словно она играла роль поваренка у Дарта Вейдера или Супермена. Собственно, Джорджия пока еще не знала, или Ли супергерой или суперзлодей, но, поразмыслив, в конце концов решила, что и то и другое вместе.
* * *
— А аппетит у тебя что надо, — сказал Ли, когда они наконец отправились в путь. — Наверно, виной морской воздух.
— Просто ты отличный повар. А ты женат?
— С моей-то работой? Шутишь!
Они молча въехали в Налгарру, и Ли тщательно проверил в зеркале заднего вида, нет ли за ними слежки. Была уже половина двенадцатого, когда он выключил огни, заглушил мотор и тихо прокатил последние сто метров до ресторана.
Джорджия вся дрожала и едва могла дышать. Она боялась думать о том, что с ней будет к двум часам. Может быть, ее ранят.
Опустив окошки, Ли закурил сигару и стал пускать дым наружу.
— Я тебе не сказал…
По тому, как Ли разглядывал кончик сигары, Джорджия поняла, что ей не понравится его признание.
— Мой босс пустил слушок, что я раскрыл Паука, однако не назвал его. Так что Паук обязательно что-нибудь предпримет, ведь теперь он думает, будто я все знаю. К тому же у него будет премия, если власти заполучат Минцзюня, то есть Джона Мина. Мне сказали, это примерно восемьдесят тысяч. Неплохо, а? Ради такого стоит убить.