так быстро.
Но когда мы входим в холл, разветвляющийся дорожками, мне хочется завыть, да погромче. Там Шайен.
— Сегодня наше занятие пройдет не на полигоне, как обычно, а в подземье. Из-за того, что леди Далия не прошла вместе со всеми посвящение, придется проводить ритуал для нее одной. Ну а вы попрактикуетесь в работе с тьмой.
Шайен даже не смотрит на меня, но у меня ощущение, будто дай ей волю, она бы как минимум окатила меня волной презрения.
— Марго, — шепчу подруге по дороге в темные недра академии, — умоляю, не оставляй меня с ней одну. Она меня ненавидит! Мне кажется, она специально студентов ведет, чтобы потом, когда она в процессе посвящения превратит меня в какую-нибудь слизневую пакость, сказать, что вот, студенты видели, она ничего необычного не делала, это все само как-то случилось.
— Ты совсем уж ку-ку, — отмахивается она.
— Ну пусть ку-ку, пусть хоть ко-ко, ты только не бросай.
— Ладно, тьма с тобой, малахольная, присмотрю. Хоть бы мне самой от Шайен не досталось.
Когда спуск закончен, мы стоим в кромешной тьме. Я цепляюсь за руку Марго, а она только посмеивается. Еще бы! Она-то уже прошла посвящение и теперь видит в темноте без проблем, а не тычется на ощупь, как я.
— Леди Далия, дайте вашу руку.
Я слышу голос Шайен и чувствую, как мое запястье сжимают твердые, холодные пальцы. Кажется, еще чуть и я психану… Разнервничаюсь, расплачусь, убегу. В этом «леди» чувствуется издевка. Здесь меня так называют только в официальной корреспонденции или, если хотят задеть. Но в этот раз упоминание титула меня отрезвляет. Еще не хватало, чтобы Солано сбежала, визжа от страха. Перехватываю пальцы Шайен, так, что мы держимся за руки на равных. Я не позволю тащить себя, как собачонку.
— Остальные отрабатывают темновидение. Те, кто считают, что уже овладел им в полной мере, могут попробовать создавать простейшие темноформы. А мы с вами, леди Далия, спустимся чуть ниже, чтобы никто нам не помешал.
— Марго! — еле слышно шепчу я.
— А Марго останется с остальными практиковать темновидение, — отрезает Шайен, и мне становится по-настоящему страшно.
Мы проходим в следующую пещеру, Шайен отпускает мою руку, и я теряюсь. Темнота вокруг кажется такой плотной, будто мне залепили глаза и уши. Но не нос, вдруг понимаю я. Я чувствую прохладный свежий запах воды, текущей чуть правее меня. Чувствую твердость земли под ногами. Резкие, почти мужские духи Шайен. А еще где-то вдалеке сладковато-пряный аромат орхидей. Как там говорил Сарш? Они связаны с академией. А еще — со мной. Значит, все у меня будет хорошо. Логика, конечно, так себе, но сейчас мне важнее уверенность, чем идеальные выкладки.
За запахами приходят ощущения. Едва чувствуемое движение воздуха, холод от стен, жар от Шайен. Я инстинктивно делаю шаг к стене.
— Не бойся, — говорит она
Но я от этого боюсь еще больше. Не доверяю ей.
— Я готова к посвящению, — стараюсь говорить с достоинством, но голос дрожит.
Тьма накрывает меня, растворяет, заливает, будто вода.
— Не пытайся бороться с ней, — слышу я голос Шайен, — открой себя. Прими темноту.
Пытаюсь расслабиться, но, как инстинктивно закрываются глаза, когда в них светит слишком яркий свет, так закрываюсь и я от слишком плотной темноты. А она все прибывает и прибывает, мне кажется, что сейчас она просто раздавит меня, сплющит и разорвет в наказание за то, что я не впустила ее сама. Напор становится слишком интенсивным. Я кручу головой, будто действительно могу увернуться. Нет, нет, я не хочу!
— Эй, ты в порядке?
Голос доносится издалека. Прихожу в себя на полу. Передо мной в легком мерцании лицо Шайен, и она выглядит обеспокоенной.
— Ты отключилась посреди ритуала. Что чувствуешь? Болит что-то? Тошнит?
— Нет, — встаю, не желая валяться в столь унизительно виде, хотя ноги подкашиваются, — чувствую себя нормально. Наверное, просто стало душно.
— Сколько пальцев я показываю? — вдруг спрашивает Шайен.
— Ни одного, — отвечаю я, глядя на хорошо видимый все в том же мерцании кулак.
— А теперь?
— А теперь перстень с металлическим выступом. Я свободна?
— Да, можешь идти. Хотя постой, — она придирчиво крутит меня за подбородок, рассматривая глаза, и мне хочется стукнуть ее. Что за бесцеремонность?
Мы возвращаемся в общий зал, где первокурсники дома Тайны вволю навеселились, налепив из тьмы фантомов. Я вижу их как черные, подсвеченные по контуру, фигуры. Забавно все-таки после этого посвящения, зря я паниковала. Да и Шайен вроде не такой уж монстр, как мне казалось.
После окончания занятий и обеда до загадочной вечерней тренировки остается около часа, и я решаю провести их в комнате. После мне нужно будет идти к Райвену, а потом уже и спать. Интересно, когда, по мнению куратора, я должна делать уроки? Про отдых я даже не говорю.
Наскоро просмотрев задания на завтра, понимаю, что учить особо и нечего. Только поработать с поиском внутреннего животного для оборотничества, кроме него меня ждет еще какая-то загадочная псионика, но это новый предмет и по нему ничего не задано. Ну и отлично, можно хоть немного отдохнуть. Заваливаюсь на постель с книжкой и Ори. Она ползает по подушке и моим плечам, пока наконец не засыпает в волосах причудливым украшением.
«Почти пять столетий назад наши предки, чтобы сохранить империю и защитить ее, создали уникальное магическое творение — маятник. Хотя правильнее будет сказать «призвали», ведь маятник не был создан в прямом смысле слова, он — фундаментальное свойство нашей вселенной, отражение ее двоичного кода».
— Не сказать чтобы самая простая книжечка, — вздыхаю я, — так и без всяких уроков можно загрузиться. Но вообще интересно, конечно.
«Разделив свет и тьму, они обязались соблюдать баланс, гарантирующий гармонию и счастье. Главным свойством новой системы была ее равноценность. Ни одна из сторон не может считаться лучше другой. Если однажды это случится, равновесие нарушится и мир окажется под угрозой.»
Постойте-ка, но ведь сейчас это и происходит! Спроси у любого человека на улице, что лучше, сильнее, влиятельнее Академия звездных стражей или Академия темных хранителей, и он скажет — стражи. Кто побеждает в битве последние три цикла? Чье слово всегда решающее? На какой магии, в конце концов, выстроено благополучие самых влиятельных семей империи? Моей семьи?
Разве так может быть, что я прожила столько лет и не знала об этом? Точнее сказать: не думала. Я просто воспринимала мир вокруг, как должное, и не задумывалась ни о равновесии, ни о чем-то еще. Мысли «я буду звездной, и это круто» мне вполне хватало.