7.2. Хоть на крайность света
Там, где заканчивается адаптация, начинаются проблемы. И речь вовсе не о серьезных психозах. Не нужно страдать шизофренией, чтобы потерять способность к адаптации. Достаточно на все ситуации реагировать одинаково, упорно воспроизводя один и тот же паттерн (образ действия и манеру общения).
Что это такое? В классической психологии можно услышать, что психопатия – это вид личностного расстройства. В другом месте читаем, что это нарушение характерологической конституции, то есть расстройство характера. Как отличить характер от личности? Да никак, пусть над этим психологи бьются. В психоанализе слово «личность» не имеет теоретической нагрузки. Есть субъект, есть характер как набор устойчивых реакций, есть адаптивность или дезадаптивность, есть стоящие за этим комплексы и влечения. Личности нет. Чтобы всерьез относиться к этому слишком абстрактному понятию, нужен огромный запас оптимизма.
Дадим определение психопатии в психоаналитическом ключе, максимально кратко, опираясь на современный динамический подход.
Психопатия – это устойчивая, тотальная, социальная дезадаптация.
В определении психопатии мало слов, но все они важные. Пройдемся по каждому пункту и сравним психопатию с известными психоаналитическими и психиатрическими явлениями.
Психопатов не лечит время и не учит жизнь. Ничему. Отсюда устойчивость. У обычного невроза есть начало и конец, потому что за неврозом скрывается неудачное вытеснение (главы 6, 8). Стоит докопаться до первоисточника, и невроз исчезнет. К психозу тоже можно найти аналитический ключик. Психопатию бесполезно анализировать. Это праздник, который всегда с пациентом. Ее можно только корректировать: для этого существуют специальные коррекционные психологи.
Тотальность означает, что психопатию нельзя спрятать. У психопата все сферы деятельности, все взаимоотношения находятся под властью патологии характера. Любая ситуация и любой собеседник еще до общения проходят через психопатический фильтр. А вы думали, можно просто так взять и придумать ситуацию, на которую психопат не сможет среагировать привычным ему образом? Придумать-то можно, вот только для психопата этой ситуации как бы и не существует.
Ваши качества, которые не вписываются в психопатическое мировоззрение, тоже отсекают заранее. Психопат попросту не знает о существовании «лишних» черт характера, не может даже гипотетически их представить. Психопат не просто видит мир сквозь черный трафарет. Он убежден, что другие тоже пользуются таким трафаретом. Представить, что кто-то воспринимает мир по-другому? Невозможно.
Впрочем, это мы еще очень сильно переоцениваем способность психопатов к рефлексии. Как будто бы они пытаются понять, «шо там у других», пытаются мыслить такими категориями, как «восприятие», «реальность», «адаптация». Увы, но нет. Зачастую интеллект психопатов не позволяет им решать куда более приземленные задачи, а вы тут о рефлексии мечтаете.
Психопатия тотальна, и в своей тотальности она поглощает всего человека. Включая склонность к философии, размышлениям и рефлексии. Самой возможности посмотреть на себя со стороны нет – она изначально исключена из патологического характера. Сразу оговоримся: есть психопаты, которые любят копаться в себе, выглядят задумчивыми и ранимыми. Но это не рефлексия, это самоедство, мнительность, заторможенность, резонерство, ментальная жвачка, нытье – что угодно, только не рефлексия.
Психопату комфортно со своей патологией. Для него патологический характер – не единственно правильный, а единственный. Психопату попросту не нужна рефлексия. А зачем психике тратить скудные ресурсы на изобретение невостребованного механизма? В противном случае из рефлексии выросла бы потребность в самоанализе и самоисцелении. То есть возникла бы адаптивность. Тем самым была бы нарушена устойчивость. И значит, мы изначально имели дело с чем-то другим.
Логично, что тотальность (то есть всеобщность) автоматически включает все сферы деятельности, например, социальную. Зачем о ней упомянуто отдельно? Затем, что наблюдение и диагностика психопатов проводится в социуме. Можно и в условиях социальной изоляции. Например, с помощью скрытых камер и тайного вмешательства в жизнь. Это был бы интересный эксперимент. В прошлом веке Штази щекотало нервы политическим диссидентам, незаметно внося в быт «подопечного» разные «изюминки». Но такие методики, если и существуют, надежно засекречены. Зато публикаций по взаимодействию психопатов с другими людьми – хоть отбавляй. Этой темой за последние два века только ленивый не интересовался.