Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 55
Я еще немного – скорее для очистки совести, чем надеясь на успех – подергалась в смирительной рубашке. Все без толку. Оставалось только ждать.
Долго томиться ожиданием мне не пришлось. Минут через десять дверь приоткрылась, и в комнату вошел сам Евгений Павлович. На докторе был белый халат, в руке Сосковец держал шприц. Улыбка доброго доктора мне совершенно не понравились – такие улыбки бывают не у врачей, а у маньяков.
– Здравствуйте, Евгений Павлович! – приветствовала я психиатра. – Вы уже в курсе, что ваш покровитель и партнер мертв? Я имею в виду Владимира Третьяка.
Доктор на минуту запнулся, и на лице его возникло неопределенное выражение – ну совершенно как компьютер, который перезагружается, но экран пока пуст.
Так, значит, доктор не знал о гибели Третьяка.
Но Сосок удивительно быстро оправился от этой новости. Он оскалил белоснежные зубы в американской улыбке и произнес:
– Ах, Евгения, до чего же приятно иметь с вами дело! Вы всегда столь же непредсказуемы, сколь и очаровательны.
Я поморгала глазами, пытаясь сообразить, что он имел в виду, потом оставила напрасные попытки.
– Так что обстоятельства изменились, – сообщила я доктору. – Вам лучше развязать меня и отпустить. Тогда есть шансы, что на скамью подсудимых вы сядете в добром здравии.
Сосковец залился искренним смехом:
– Ах, Женя, вы такая остроумная! Ну просто прелесть! Скажите, это вы убили Третьяка?
– Не важно, – ответила я, пытаясь незаметно освободиться. – Скажем так, я поставила вашего партнера в уязвимое положение. А прикончил его другой человек.
– Не скажу, что буду сильно о нем горевать! – осклабился врач. – Иногда Вова бывал совершенно невыносим.
– Ну, без него вам придется поставить крест на ваших планах, – притворно вздохнула я. – Это я о производстве препаратов на «Медтехе»…
Сосковец внезапно оказался так близко, что я испугалась. Бледное лицо с улыбкой, более всего напоминающей оскал. Вот точно так же улыбался Джокер в фильме про Бэтмена…
– Знаешь, бэби, ты и в прошлый раз нам все точно так же испортила! – сообщил мне врач. Я ощутила на лице омерзительное тепло его дыхания и аромат мятной жвачки. – В тот раз мы тебя остановили буквально в двух шагах от цели. Еще немного, и ты уговорила бы Авдюшкина обратиться в полицию и тем самым немного осложнила бы нам жизнь… Но мы успешно решили нашу маленькую проблему. И вдруг я узнаю, что к тебе внезапно вернулась память!
Странное изломанное лицо с совершенно застывшей улыбкой и остекленевшими глазами. Я попыталась отодвинуться, но деваться мне было некуда.
– Нет, это совершенно никуда не годится! – заявил Сосок, изучающе глядя на меня. И вдруг приподнял мне веко холодными пальцами. Я задергалась.
– Не надо так волноваться, милая моя! – успокоил меня добрый доктор.
– Я тебе не милая, – прохрипела я, стараясь подавить неконтролируемый ужас, который вызывал у меня этот человек. – Не милая и не бэби. А если ты ко мне еще приблизишься, я тебе язык откушу, понял?
Сосковец с минут разглядывал меня, склоняя голову набок, точно ученый скворец, потом вдруг искренне рассмеялся:
– Да, ты можешь! Совершенно непредсказуема!
На мой взгляд, то же самое можно было сказать и о докторе. Настроение у него менялось ежеминутно, причем без всякой связи с происходящим. Я решила, что добрый доктор, скорее всего, сидит на каких-нибудь стимуляторах. Ну не может нормальный человек так себя вести! Даже злодеи из низкобюджетных боевиков постеснялись бы!
– Слушайте, ну объясните, зачем вы все это затеяли? – еле выговорила я, борясь с подступающей паникой. Эх, до чего же не вовремя мы поссорились с Кипчаком! Сейчас мне не помешал бы союзник…
– Ты о чем, детка?
– Да об этом вашем подпольном производстве.
– А деньги?! – внезапно распахнул глаза Сосковец. За стеклами очков голубые глаза казались большими и странно наивными. Только зрачок сужен в точку. – Очень большие деньги, кошечка моя.
– Слушайте, ну какая я вам кошечка! – не выдержала я. – Хватит ломать комедию! Вы ведь должны быть абсолютно нормальным, раз проворачивали такие дела! Хватит играть маньяка, а?
Сосковец сморгнул – миг, и на меня смотрел совершенно другой человек. Господи, да он еще страшнее, чем заманьяченный доктор…
– Верно, зайчик, – кивнул Евгений Павлович. – Я могу быть разным. Очень разным… Ну, хватит играть. Перейдем к делу.
– К какому? – прохрипела я, дернувшись. Сосковец поднял шприц и снял пластиковый колпачок с иглы. На кончике повисла мутная капля.
– Что это? – невольно спросила я, не отводя взгляда от страшного зрелища.
– Это? – усмехнулся доктор. – Это, рыбка моя, коктейльчик. Для тебя.
– Какой… коктейльчик?!
Доктор покрутил пальцами в воздухе, ища слова, потом махнул ладонью:
– Да какая тебе разница, малыш! Немного пирифазена, чуть-чуть атараксазола… В общем, тебе понравится, обещаю.
– И что… что со мной будет?
– О, это интересно! – оживился Сосковец. – Сначала все мышцы в твоем теле расслабятся. Потом начнутся судороги, но длиться это будет недолго. Неприятно, но потерпишь. Затем ты почувствуешь спазмы в гортани и рефлекторное мочеиспускание. И наконец, потеряешь сознание. А когда очнешься… в общем, тебя уже не будет.
Я поморгала, пытаясь сообразить, что он имеет в виду. Кажется, я догадываюсь…
– Точнее, это будешь уже не ты. Вижу, пятикратной дозой пирифазена тебя не успокоить, мышка моя. Поэтому я и придумал коктейльчик, который подействует наверняка. Ты будешь счастлива до конца дней своих, а я избавлюсь от угрозы. Труп – это негигиенично, котик мой. Его надо утилизировать, вдобавок он всегда вызывает нездоровый интерес со стороны властей. А больной в клинике, напротив, никакого интереса не вызывает… Псих он, ну что с него взять?
Да, я уже поняла, что добрый доктор хочет сделать меня овощем. Но есть одна маленькая проблема – я совершенно не желаю быть тыквой, пусть даже и очень счастливой.
– В общем, спокойной ночи, крошка!
И доктор приблизил ко мне шприц. Кольнет к плечо прямо через смирительную рубашку, и прощай, Охотникова… А я ведь даже толком не успела насладиться своей вернувшейся жизнью!
Я принялась извиваться, пытаясь оттолкнуть врача. Мне удалось скатиться на пол и заползти под каталку.
– Ну и дурочка! – вздохнул Сосковец. – У меня работают отличные санитары, мышонок мой, они тебя живенько вернут на место и даже подержат.
– А я буду орать, что я полицейский! – злобно прошипела я. – Вряд ли вам удалось купить всех. Кто-нибудь обязательно струсит, или совесть не вовремя проснется… И он на вас донесет!
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 55