— Мы в порядке, — сказал он, посмотрев на дочь, которая крепко прижалась к нему. — Докладывай! — перевел он взгляд на Мастер эфириала.
— Наш корпус едва сдерживает армию Рокта эфириалов. Роктаро многих склонил на свою сторону.
— Нам всем конец! — запаниковал солдат.
— Танки! — командир схватил его за грудки. — Ты же слышал о протоколе! Соберись!
— Протокол? — не поняла Кайра.
— Верховные приняли решение, они хотят реализовать протокол «Выживание», — сказал Вэф.
— Неужели мы проиграли? — спросила она, не веря в происходящее.
— Проиграли, однако шанс спасти расу Ангайлиан ещё есть. Нам нужно вывести Верховных из «Главенства».
— Их уже не спасти, Вэф. Роктариане уничтожили здание.
Верховный взглянул в глаза своей дочери. Виктор же смотрел на него её глазами. В этот момент сон закончился, и Виктор проснулся. Он в панике огляделся и осознал, что находится в каюте, где жил последние две недели. Он поднялся и посмотрел на соседние койки. Та, где спал Карл, была пуста — он отбыл в корпус неделю назад. Леха же мирно сопел на своей.
Виктор подошёл к настенной нано-кухне и налил себе воды. Выпив её, он оделся, вышел в коридор станции и направился в сторону ангаров. Он не мог понять, что за сны его преследуют и почему они такие реалистичные, словно это воспоминания. Он не только видел происходящее, но и чувствовал всё, что происходит вокруг.
Он шёл по коридору, размышляя о том, что увидел. Ангайлиане сражались с Роктарианами, и исход боя был не в их пользу. А ещё эта девушка, Кайра... Кто она? Что за энергия окружала её? Его мозг будто готов был «взорваться» от обилия информации.
— Виктор? — услышал он голос Николая за спиной и обернулся.
— Николай.
— Ты чего не спишь? Завтра экзамен, а там дорога до корпуса, — подошел он к Виктору.
— Да так, кошмары.
— Какого рода?
Виктор немного помедлил, но потом всё же набрался смелости и поделился с инструктором тем, что видел.
— Да… — протянул Николай после небольшой паузы. — Интересные у тебя сны.
— Почему вы так думаете? — спросил Виктор.
— Ангайлиане и Роктариане — это расы, которые упоминаются только в секретных документах. Мне неизвестны все подробности, но, насколько я знаю, они были первыми разумными существами во Вселенной. Эти расы вели долгую войну, закончившуюся их взаимным уничтожением. А Эфириалы — это ещё более загадочные существа. Предполагается, что они обладали способностью управлять материей, из которой соткана Вселенная, так называемым «Эфиром». Но мой интерес вызван тем, откуда вы знаете об этом.
— Я же объяснил...
— Из снов? — перебил его Николай. Он на мгновение задумался, а затем произнёс: — Не рассказывай об этом никому.
— Почему?
— Ты говорил, что Ройс тоже поднимал эту тему. К тому же, у тебя нет доступа к этой информации.
— Вы подозреваете меня? — спросил Виктор, насторожившись.
— Нет, я тебе верю, но есть люди, которые могут не поверить. Ты же понимаешь, в каком мы сейчас положении.
— Думаете, будет война?
— Совет не смог договориться с Независимым союзом. Если те продолжат вставлять палки в колёса Конфедерации, то конфликта не избежать.
— Совет не хочет делиться властью?
— Совет хочет мира в галактике, а истинные цели Союза неизвестны. Помнишь, что говорил Ройс в своём обращении?
— Про Кибраксов?
— Нет. То, что он сказал про Кибраксов, — чушь. Чтобы Совет управлял ими... Сам-то как думаешь?
— Чем больше узнаю о Ксеносах, тем меньше понимаю.
— Это печально, учитывая то, какая работа тебе предстоит. Я не об этом хотел сказать... В ОВБ предполагали, что Ройс собрал людей из-за своей ненависти к ксеносам. Однако в своём сообщении он утверждал, что мы можем быть союзниками, но только не на условиях, которые предлагает Совет. Первоначальная версия о его предательстве не согласуется с тем фактом, что он объединился с Банараксами. Совет считает их угрозой существующему порядку в галактике.
— И разбираться с этим придётся нам, — произнёс Виктор, погрузившись в размышления.
— Работы в корпусе, несомненно, станет больше.
Виктор замолчал и устремил взгляд в одну точку. Он осознавал, что работа в корпусе связана с высоким риском, но теперь, когда галактика оказалась на грани войны, ситуация стала ещё более напряжённой.
— Сожалеешь? — спросил Николай, выводя Виктора из задумчивости.
— О чём?
— О вступлении в корпус.
— Нет, я просто не думал, что будет война. Может быть, мне стоило бы остаться в ОВБ? Возможно, у вас тоже будет много работы.
— Вы и так остаётесь агентами ОВБ, но теперь это будет как работа под прикрытием. У членов корпуса есть много привилегий, и они узнают новости одними из первых.
— Мы будем заниматься шпионажем?
— Вы, прежде всего, стражи порядка в Конфедерации. Мы, можно сказать, первые в этом деле. Мы многого не знаем, но очень хотим